Кент Монкман – художник племени кри, представитель нации Фишер-Ривер в северной части провинции Манитоба. Его работы уважаются и ценятся в Эдмонтоне, Калгари и других городах страны. Детальнее о жизни и творчестве этого человека поговорим на edmonton1.one.
Детские и юношеские годы
Появился на свет будущий художник в 1965 году, в семье он был третьим из четырех детей. Мать мальчика Рилла и отец Эверт сначала жили в Сент-Мэрисе, Онтарио, однако после рождения сына вернулись в северную часть провинции Манитоба, в общину кри Shamattawa. До замужества Рилла работала в школе учительницей, а Эверт был коммерческим рыбаком. После переезда в Виннипег он содержал семью, подрабатывая социальным работником, водителем такси и продавцом пылесосов.
Надеясь обеспечить детям лучшие условия для жизни, Эверт перевез семью в район Ривер-Хайтс, где проживали представители среднего и высшего классов, чтобы Кент и его братья, сестры могли учиться в одной из лучших государственных школ города. Многие жители района негативно отнеслись к переезду Монкманов и всячески выражали свое негативное отношение к ним. Стоит отметить, что история этой семьи, страдающей от канадского расизма, колонизации, христианизации и утраты языка глубоко отражена в творчестве Кента.
Монкман с раннего возврата проявлял интерес к искусству, и родители всегда поддерживали его. Мальчик рисовал цветными карандашами картинки, наполненные разными историями. Вскоре он стал одним из двух детей в начальной школе, отобранных для бесплатных субботних занятий в Художественной галереи Виннипега. Доступ к высококлассному художественному образованию изменил жизнь юноши.
Музей – еще одно учреждение в Виннипеге, которое оказало на него положительное влияние. Во время экскурсии в один из музеев он увидел впечатляющие диорамы с манекенами, одетыми в традиционную одежду коренных народов. Эти сцены изображали коренные народы до прихода поселенцев, как будто застывших во времени, охотящихся на бизонов и разбивающих лагеря в идиллических пейзажах прерий. С раннего детства Кент ощущал резкий разрыв между этими представлениями и длительными катастрофическими последствиями колонизации. Виннипег – это город, в котором точились расовые и классовые противоречия, и большая часть коренного населения жила в культурно разнообразном, экономическом неблагополучном районе Норт-Энд, а не в белом англосакском районе Ривер-Хайтс, где проживала семья Монкманов. В музее юноша осознавал, что выглядит иначе, чем его белые одноклассники – и он четко понимал данный контраст. По его словам, посещения музея стало для него одновременно вдохновляющим и травмирующим.
Изучение искусства, поиск себя
В 1983 году, окончив среднюю школу, Кент поступил на программу по иллюстрациям в Шериданский колледж прикладных искусств и технологий в Брамптоне, Онтарио. Там ему очень сильно понравилась учебная программа, включающая базовые курсы по живописи и рисованию. В то время он подражал таким художникам, как Джоан Шуберт, Роберт Хул, Иван Эйр. В 1986 году Монкман получил диплом и начал работать в Торонто дизайнером в Native Earth Performing Arts, возглавляемой художественным руководителем и драматургом племени кри Томсоном Хайвеем. Важно отметить, что данная организация является самой старой профессиональной театральной труппой коренных народов Канады.
В обязанности Кента входило создание декораций и костюмов для разных спектаклей. В 1970-х годах театр коренных народов очень быстро развивался, а в 1980-х годах стал важной частью канадского театрального мейнстрима. Талант Монкмана в области театрального дизайна и интерес к перформансу впоследствии оказали сильное влияние на его творчество.
Также определенное время Монкман работал иллюстратором благодаря чему познакомился с культурной жизнью города. Были моменты, когда молодой человек испытывал финансовые затруднения, так как работа была малооплачиваемой. Несмотря на все трудности, Кент проводил независимые выставки с другими художниками в собственной студии, а в 1991 году принял участие в своей первой профессиональной выставке «The Toronto Mask Show».
Кент смог привлечь внимание общественности к своей персоне, иллюстрируя детскую книгу писателя-чероки Томаса Кинга под названием «A Coyote Columbus Story» (1992), написанную в знак протеста против 500-летия вторжения Колумба в Америку в 1492 году. Очень яркие чем-то похожи на мультфильмы изображения художника в сочетании с юмористическим, глубоко проникновенным текстом Кинга вызвали политическое возмущение. Дело в том, что эта работа противоречила доминирующей колониалистской доктрине, прославляющей исследователей и их открытия.
Развитие карьеры
По мере развития художественной карьеры Монкмана политические события усиливали солидарность коренных народов. В Британской Колумбии, Юконе, Онтарио проходили массовые протесты. В 1989 году правительство Квебека объявило о планах начать вторую фазу гидроэнергетического проекта Джеймс-Бэй, что вызвало возмущения людей и привело к приостановке работ. В следующем году Элайджа Харпер, член Законодательного собрания Манитобы из племени кри, отклонил соглашение Мич-Лейк, предлагаемый закон, который отказывал коренным народам в признании.
Летом 1990 года между городом Ока и провинцией Квебек развелся земельный конфликт. Могавки защищали кладбище, которое хотели превратить в поле для гольфа. Монкман был вдохновлен художниками и активистами, участвовавшими в протестах и поддержал их.
В 1992 году, в разгар празднования 500-летия прибытия Христофора Колумба в Западном полушарии по обе стороны Атлантического океана, две знаковые выставки, включая «Indigena: Contemporary Native Perspectives in Canadian Art», бросили вызов колониализму. Помимо того, что они позволили Кенту ближе познакомиться творчеством Боба Бойера и Джейн Пуатрас, они также открыли ему творчество ряда художников-коренных американцев. Обе выставки привлекли внимание критиков к современному искусству коренных народов, которые до 1980-х годов не экспонировалось во многих музеях, включая Национальную галерею Канады.
Продолжая обучение в разных учреждениях Канады и США, в том числе Banff Centre for the Arts, Монкман не терял возможности заявить о себе как о художнике. Он интересовался абстрактным экспрессионизмом с конца 1980-х годов и присматривался к этому стилю еще до того, как начал создавать свои работы в этом духе. Эксперименты с абстракцией художник начал в 1990 году, размышляя о влиянии христианства и государственной политики на коренные общины.
В крупной серии абстрактных картин под названием «The Prayer Language», включающей такие работы, как «Oh For A Thousand Tongues», «Shall We Gather at the River» и другие, Монкман соединил слоги, взятые из гимнов кри. В этой серии художник затронул тему колониализма и отразил личную сексуальность в работах.
Новые направления в живописи
Примерно в 2001 году Кент продолжил эксперименты с акварелью. В поисках четкой коммуникации со зрителями он перешел с абстракции к фигуративному искусству. В нескольких работах он изобразил мужские фигуры в упрощенных, но неоднозначных пейзажах и начал воссоздавать серию картин Тома Томсона. Романтизированные образы канадского ландшафта как незаселенной дикой местности стали значимыми для него, дело в том, что он рассматривал историю как мифологию, сформированную отношениями власти и порабощения. В работе «Superior» художник представил образы покорных ковбоев и доминирующих индейцев. Его целью было использование динамики как средство исследования более широких вопросов христианства и колонизации. Вскоре художник решил отойти от использования текста и сосредоточил внимание на пейзажах, включив в них персонажей из мифологии, таких как охотников, пионеров, миссионеров и других. Монкман продолжает писать непревзойденные картины с глубоким сюжетом, тем самым, играя важную роль в изменениях культурного ландшафта. Его работы и критические замечания необходимы как никогда в процессе реституции. Веря, что искусство может стать мощной силой социальных перемер, и вдохновляясь сопротивлением, стойкостью коренных народов, как в прошлом, так и настоящем, он фокусируется на том, чтобы преобразовать тьму и создать трансцендентный опыт.